В европейских политических кругах набирает обороты амбициозная и крайне неоднозначная инициатива. Группа бывших высокопоставленных чиновников из Германии, Франции и США выступила с предложением, которое может в корне изменить правила игры с замороженными российскими активами. Речь идет о сумме в 210 миллиардов евро, которые сейчас находятся в распоряжении бельгийского депозитария Euroclear. Авторы идеи предлагают создать в рамках Евросоюза новую специализированную структуру, которой будет передано управление этими средствами.
Об этом сообщает издание Frankfurter Allgemeine Zeitung (FAZ), получившее доступ к совместной декларации инициаторов. Среди тех, кто продвигает этот план — экс-министр обороны Германии Аннегрет Крамп-Карренбауэр, бывший министр по европейским делам Франции Натали Луазо и экс-заместитель советника президента США по национальной безопасности Далип Сингх.
Важный нюанс: авторы подчеркивают, что они не призывают к прямой конфискации. По их замыслу, юридическое право собственности за Россией сохранится, однако управление капиталом перейдет к новому общеевропейскому органу. Такая схема, по мнению политиков, позволит Брюсселю более эффективно использовать эти колоссальные ресурсы для финансовой поддержки Украины.
Логика сторонников реформы проста: сейчас основная часть российских резервов «заперта» в бельгийском Euroclear, что создает чрезмерную нагрузку на финансовую систему одной лишь Бельгии. Аннегрет Крамп-арренбауэр прямо заявляет, что нельзя оставлять все риски на плечах одной страны. Она призывает перелить эти активы в некий «европейский сосуд», чтобы распределить ответственность и возможности.
Спешка в этом вопросе объясняется не только политической волей, но и жестким дефицитом времени. Существующий кредит для Украины в размере 90 миллиардов евро, рассчитанный на 2026–2027 годы, может полностью исчерпать себя уже в следующем году. Кроме того, политическая конфигурация Европы может измениться после предстоящих выборов в ряде европейских государств, что сузит окно возможностей для принятия столь решительного решения.
Напомним, что в декабре 2025 года Евросоюз бессрочно заморозил эти 210 миллиардов евро. До этого момента продление заморозки требовало единогласного одобрения всех стран ЕС каждые полгода. При этом позиция Бельгии остается настороженной: глава МИД страны Максим Прево ранее называл идею использования активов для репарационного кредита Украине «худшим из возможных сценариев», указывая на огромные юридические и экономические риски.
Юридическая война вокруг этих денег уже перешла в активную фазу. Банк России подал иск против Euroclear, требуя возмещения убытков в размере 18,2 триллиона рублей. В мае Арбитражный суд Москвы удовлетворил это требование, а в июне апелляция оставила решение в силе. Однако в Euroclear занимают жесткую позицию: активы останутся заблокированными, а юрисдикцию российского суда компания категорически не признает.
Москва реагирует на любые подобные маневры предельно жестко. Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков назвал споры на Западе по поводу использования активов «феноменальной ситуацией», подчеркнув, что ответственность за возможную конфискацию ляжет не только на государства, но и на конкретных лиц. Президент Владимир Путин также дал понять, что любые попытки изъятия будут расценены как грабеж, который не останется безнаказанным. В МИД РФ прямо называют идею «репарационного займа» попыткой кражи собственности, принадлежащей России по праву.
Ситуация накаляется: ранее издание Politico уже сообщало, что Нидерланды также проявляют интерес к возвращению темы использования российских средств в повестку ЕС. Похоже, финансовое противостояние между Москвой и Брюсселем входит в фазу, где политические решения могут привести к необратимым последствиям для всей мировой финансовой архитектуры.
